Материал: Идеология экономической политики - Якунин В.И.


Глава 5. роль государства в управлении экономическим развитием

Одно из базовых теоретических оснований происходившей в России либеральной трансформации составил активно внедря- емый в массовое сознание концепт деэтатизации. Разгосударст- вление экономики преподносилось в качестве универсального пути осуществления модернизационного процесса. Примеры же этатистской модернизации (успешность которых трудно было бы отрицать) классифицировались в неолиберальной трактовке в качестве исторических девиаций. Соответственно с этим вызо- вом замысел нижеследующего анализа заключается в проведении странового историко-компаративистского анализа на предмет определения роли государства в управлении экономикой.

5.1. Этатизация и деэтатизация экономики в теории цивилизационного маятника

Следует признать, что идеомиф о деэтатизации как главном факторе  экономического  успеха, получил распространение  не только среди россиян. Американский историк А.М. Шлезингер указывал, что в него свято верят и большинство американцев1. Представление о том, что экономическое процветание США есть результат неограниченного частного предпринимательства, ис- торически выполняло роль не хозяйственной рецептуры, а идей- ной самоидентификации «свободного американского общества». Российские реформаторы монетаристской генерации восприня- ли идеологемы западного мира в качестве подлинного выраже- ния их экономической системы. В этом заключалась едва ли не основная ошибка при выборе реформационных экономических ориентиров.

Между тем анализ А.М. Шлезингера на предмет соотношения идеологического позиционирования  и реальных хозяйственных механизмов развития США привел его к следующему заключе- нию: «Традиция  государственного вмешательства в  экономи-

1 Шлезингер А.М. Циклы американской истории. М., 1992. С. 311.

ку — традиция столь же истинно американская и имеет столь же глубокие корни в национальной истории, будучи неразрывно связанной с именами наших величайших государственных деяте- лей, и отражает американский дух и национальный характер, как и соперничающая с ней традиция неограниченной свободы лич- ного интереса и частного предпринимательства»2.

Экономическая история США, как, впрочем, и других стран Запада, может быть представлена в виде циклических колебаний между полюсами государственного управления и рыночной са- морегуляции. Когда бюрократическая рутина становилась сдер- живающим фактором экономического развития, узда государ- ства несколько ослабевала и приоритет управления смещался в сферу частного инициативного предпринимательства. Однако с обеспечением временного инновационного прорыва, переориен- тированная на интересы предпринимателя экономическая систе- ма оказывалась в состоянии разбалансировки. Актуализировался курс на очередное усиление государственно-управленческих ме- ханизмов в экономике. Если с такой переориентацией правитель- ство запаздывало, возникал экономический кризис. Именно та- кое запаздывание со стороны находящихся у власти либеральных ортодоксов имело место в 1929 г. Катастрофические последствия экономического кризиса могли бы быть гораздо менее масштаб- ными при превентивном государственном реагировании.

Концепт маятникового развития экономических систем поз- воляет создать более сложную, чем имело место до сих пор, мо- дель долгосрочного планирования. Линейной схеме противо- поставляется в данном случае программа, предусматривающая периодичность переориентации в рамках общей стратегической платформы экономического курса. Предлагаемый подход мето- дологически противостоит любой форме экономических орто- доксий как неолибиральной, так и этатистской. Акцентировка внимания на расширении управленческих функций государства в современной экономике России исторически связана с предшест- вующей амплитудой деэтатизации. На следующей стадии маят- никовых колебаний, очевидно, актуализируется иная стратеги- ческая парадигма — расширения экономических свобод в сфере частного предпринимательства. Но это, подчеркнем еще раз, не

2 Шлезингер А.М. Указ. соч.

есть приоритетная  стратигема современного интервала общего циклического движения3. Приоритет заключается в нахождении меры, решении оптимизационных управленческих задач.

5.2. Традиции государственного управления экономикой в США

Насколько справедливо утверждение о том, что националь- ное богатство США есть результат последовательной реализации принципа невмешательства государства в экономическую сферу? Рассмотрение истории Соединенных Штатов позволяет признать более достоверным тезис прямо противоположного содержания. Еще в период британского владычества вмешательство властей в экономику являлось тривиальной практикой.

Философским основанием политики государственного уп- равления экономическими процессами выступал республика- низм, трактуемый через императив подчинения личных интере- сов общественным. Опубликованное впервые в Америке в 1789 г.

«Богатство народов» А. Смита столкнулось с резкой критикой, как произведение чисто умозрительное, диссонирующее с хо- зяйственными реалиями. Один из «отцов-основателей США», министр финансов и лидер партии федералистов, А. Гамильтон призывал отбросить «фантазии Адама Смита». Образцом для подражания  в экономической сфере виделась политика по до- стижению национального  могущества Ж.Б. Кольбера4. «Ничем не ограниченный дух предпринимательства» квалифицировался как путь к «произволу, а в итоге — к насилию и войне»5.

Реализуемая  в  США  Великая  программа  90-х гг.  XVIII в. А. Гамильтона выстраивалась через определение национального правительства в качестве основной силы преобразования аграр- ной страны в промышленную державу. Характерно, что государ- ственные средства предоставлялись, в соответствии с гамильто- новской программой, только тем американцам, которые готовы были использовать их под контролем общества в целях нацио-

3 Якунин В.И., Сулакшин С.С., Багдасарян В.Э. и др. Государственная политика вывода России из демографического кризиса. М., 2007. С. 246–250.

4 Miller J.C. Alexander Hamilton: Portrait in Paradox. N.Y., 1959. P. 293.

5 The Reports of Alexander Hamilton. N.Y., 1964. P. 166.

нального развития. «В Соединенных Штатах, — писал один из первых исследователей американской экономической политики Е.А. Дж. Джонсон, — трудно найти решительных сторонников свободного предпринимательства в традициях XVIII в., но еще труднее обнаружить сколько-нибудь заметное отражение тории экономического либерализма в законодательстве»6 Если госу- дарственные ограничители не устанавливались на федеральном уровне, их имплементация  осуществлялась на уровне штатов. Многочисленные законы об инспекции регламентировали не только качество товаров, но даже цены. «Запутанный клубок за- конов в штатах, — констатировал Джонсон, — ограничивал сво- боду предпринимательской деятельности… и в 90-х годах XVIII в. поток законов, издававшихся ежегодно в отдельных штатах, регу- лирующих предпринимательскую деятельность, отнюдь не иссяк. Напротив, законотворческий бум все более нарастал»7.

В XIX в., когда Соединенные Штаты вышли на первую позицию по общим объемам производства в мире, доля государственного сектора в ее экономике была более значительной чем, к примеру, в Великобритании. Так, если в британском королевстве железные дороги и каналы в основном учреждались на частные средства, то за океаном — при существенном участии государства. За счет бюджетных расходов в США было осуществлено 70\% строитель- ства сети каналов и 30\% прокладки железнодорожного полот- на. В южных штатах властями и вовсе финансировалось ¾ всех строившихся железных дорог. Широкое распространение имела практика приобретения правительствами штатов акций частных корпораций, в правление которых инкорпорировались государ- ственные чиновники. Так, например, в Вирджинии правитель- ственными органами было выкуплено 60\% акций железнодорож- ных компаний штата. В Пенсильвании правительство выступило держателем акций более 150 смешанных компаний. Значительная часть частных американских корпораций XIX в. была иницииро- вана административным способом. Различия между ними и госу- дарственными учреждениями были зачастую весьма условными.

«Государственное вмешательство в экономику, — резюмировал

6 Johnson E.A.J. The Foundation of American Economic Freedom: Government and

Enterprise in the Age of Washington. Minneapolis, 1973. P. 153, 200.

7 Johnson E.A.J. Op. cit. P. 305.

А.М. Шлезингер анализ сложившейся в США в середине XIX в. ситуации, — приобрело невиданный размах»8.

Совершенно нерыночным путем складывалось американское фермерское хозяйство. Основу его составила тривиальная прак- тика захватов переселенцами земель на «диком Западе». Тезис скваттеров о том, что земля — божья, а потому не может являть- ся объектом купли-продажи, развенчивает миф об особой ле- гитимизации в западных обществах права собственности. При дефиците государственных сил на «диком Западе» легитимизи- ровалось право сильного. Установление свободы экономических отношений, при минимизации  регулирующей миссии государ- ства, приводит, как это показывает мировая историческая прак- тика, не к формированию цивилизованного рынка, а к правовому беспределу.  В конечном счете в 1862 г. в США был принят закон, по которому фактически каждый желающий мог получить учас- ток земли в 70 га («гомстед») на условии использования его по хозяйственному назначению9.

Нигде и никогда экономический кризис не преодолевался пу- тем самоустранения государства из экономики. Принятие руко- водством Российской Федерации в кризисной ситуации 1990-х гг. именно такой рецептуры выглядит как безрассудство. Страно- вый опыт выхода из самого крупного в мировой истории эконо- мического кризиса 1920–1930-х гг., может служить назиданием государственным руководителям.

Рузвельтовские США

К моменту начала паники  на Нью-Йоркской  бирже  1929 г. США экономически развивались в фарватере либеральной поли- тики. Результатом разразившегося кризиса явилось сокращение промышленного производства более чем вдвое (т. е. фактически в столь же значительном объеме, как и в России по отношению к экономическому состоянию СССР). Численность безработных в США стремительно возросла с 2 млн до 17 млн человек. У тех, кто остался на рабочем месте, заработная  плата снизилась на

8 Шлезингер А.М. Указ. соч. С. 322.

9 Конотопов М.В., Сметанин С.И. История экономики зарубежных стран. М.,

2007. С. 156–157.

35–50\%. Обанкротилось 40\% американских банков. В конечном счете все банковские учреждения были закрыты. Золотое содер- жание доллара было понижено на 40\%. Золото, находившееся на руках у населения, подлежало принудительному изъятию (за его утайку устанавливалось сверхжесткое наказание — 10 лет лише- ния свободы). Ситуацию кризисного управленческого дефицита отражали абсурды уничтожения миллионов тонн зерна, кофе, са- хара, риса, использование пшеницы в качестве средства отопле- ния, перепашка 10 млн акров хлопковых полей, убой 6 млн голов свиней и т. п.

Сущностное значение «нового курса Ф.Д. Рузвельта» как раз и заключалось в расширении компетенции государства в сфе- ре экономики. Классический капитализм манчестерского типа после рузвельтовской трансформации окончательно перестал существовать. «Я, — пояснял Ф.Д. Рузвельт в 1932 г. в полемике с Гувером сущность своих программных установок, — имею в виду не всеобъемлющее регламентирование и планирование эко- номической жизни, а необходимость властного вмешательства государства в экономическую жизнь во имя истинной общности интересов не только различных регионов и групп населения ве- ликой страны, но и между различными отраслями ее народного хозяйства»10.

Идее саморегуляции экономики противопоставлялся концепт

«сочетания интересов».

«Каждой социальной группе, — пояснял Ф.Д. Рузвельт, — над- лежит осознать себя частью целого, звеном общего плана»11.

Функции комплексного регулирования были возложены на специально учрежденную при правительстве «Национальную администрацию по восстановлению промышленности (NIRA). Весь промышленный  сектор  структурно  дифференцировался на 17 отраслевых групп, во главе каждой из которых были пос- тавлены особые управленческие органы. В соответствии с той же структурой хозяйственных отраслей принимаются «кодексы честной конкуренции». Администрация санкционировала при- нятие 750 таких кодексов. Наряду с правилами профессиональ-

10 Roosvelt F.D. Public Papers and Adresses… 1928–1932. N.Y., 1938. P. 632.

11 Ibid. P. 784.

ной этики, в них устанавливались даже размеры цен и объемы производств.

Важной составляющей курса Рузвельта явилась организация

«больших государственных работ». На данный проект, включав- ший мероприятия по строительству новых дорог, аэродромов, больниц и т. п., было ассигновано свыше 3 млрд долл. Большие государственные стройки аккумулировали труд широкой армии американских безработных, рассредоточенных по 2,5 тыс. орга- низованных для этой цели палаточным лагерям.

Преодолением кризиса в сельском хозяйстве явилась практи- ка скупки государством фермерских владений. Характерно, что закон реализации новых рузвельтовских инициатив в аграрном секторе получил наименование «О регулировании сельского хо- зяйства и оказании помощи фермерам». «Мне кажется, — оцени- вал политику нового курса Герберт Уэллс, — что в Соединенных Штатах речь идет о глубокой реорганизации, о создании плано- вого, т. е. социалистического хозяйства»12.

Спасительные для экономики США этатистские мероприятия Ф.Д. Рузвельта действительно вступали в противоречие с абстракт- но понимаемыми принципами свободы предпринимательства. Дан- ное расхождение явилось основанием для принятия в 1934 г. Вер- ховным судом США заключения о неконституционном характере значительной части мероприятий «нового курса»13.

Характерно, что российское руководство предпринимало меры по преодолению экономического кризиса, прямо противо- положные тому, что делал в соответствии со стратегией «нового курса» Ф.Д. Рузвельт. В результате Соединенные Штаты менее чем за пять лет достигли докризисных показателей, тогда как эко- номика России по сей день еще не вышла на уровень развития РСФСР. В целом по степени катастрофичности последствий для национальной системы хозяйствования  считающейся крупней- шим в истории западного мира экономический кризис 1929 г. в России был незавидным образом «превзойден» (табл. 5.1)14.

12 Конотопов М.В., Сметанин С.И. Указ. соч. С. 187.

13 Согрин В. Новый курс Ф.Д. Рузвельта: Единство слова и дела // Обществен- ные науки и современность. 1991. № 3; Уткин А.И. Рузвельт. М., 2000; Яков- лев Н.Н. Новейшая история США. 1917–1960. М., 1961. С. 138–289.

14 Русская доктрина (Сергиевский проект) / Под ред. А.Б. Кобякова, В.В. Аве- рьянова. М., 2007. С. 472.

Таблица 5.1

Сравнительные индикаторы глубины экономических кризисов в США и Российской Федерации (в \%)

 

 

Показатель

США

Россия

 

1932 г. к

1928 г.

1937 г. к

1928 г.

 

1995 г. к

1990 г.

 

2004 г. к 1990 г.

Нефть

83

134

59

89

Электроэнергия

104

140

79

86

Цемент

40

66

44

55

Хлопчатобумаж- ные ткани

 

80

 

89

 

22

 

40

 

ВВП

 

60–70

 

100

 

40–45

84 (по неофициальным экспертным оценкам —

55–60)

 

5.3. Западная Европа: демократические режимы

«Национальным правительством» Великобритании были на волне выхода из состояния кризиса установлены гарантированные цены на основные виды производимых в стране товаров. Специ- фика английских антикризисных мер заключалась в организации смешанных государственно-частных компаний, действующих под контролем государства. Такой тип объединений получил приори- тетное распространение в сферах производства и потребления электроэнергии, радиовещании (Би-Би-Си) и др.15

Во Франции правительство «Народного фронта» иницииро- вало принятие целого пакета социально ориентированных за- конов: о 40-часовой рабочей неделе, об оплачиваемых отпусках и коллективных договорах. Управление Французским банком возлагалось на генеральный совет, большинство членов кото- рого назначались по предложению правительства. Проводилась частичная национализация военной промышленности. Учредив смешанную акционерную компанию Национальное общество французских железных дорог, государство получило 51\% ее ак-

15  Истории новейшего времени стран Европы и Америки: 1918–1945 гг. М.,

1989. С. 284–286.

ций. Регуляционными тенденциями правительства Народного фронта в аграрной сфере явилась организация Зернового бюро16.

Принятый в качестве стратегического ориентира кабинетом

«национального единения» Бельгии «план труда» предусматри- вал, помимо реализации комплекса социальных мер, осущест- вление национализации  ведущих отраслей промышленности и крупных банков.

В Скандинавских странах под контроль государства были взяты ниши внешней торговли и вывоза капитала. Реализовыва- лась кейнсианская рецептура воздействия на величину ссудного процента17.

5.4. Кейнсианская трансформация современных государств

Очевидно, что для целенаправленного движения вперед ну- жен по меньшей мере управленческий орган, формулирующий цели и задачи общественного развития. Либеральная экономи- ческая теория по-прежнему оперирует историческими реалиями в лучшем случае начала ХХ столетия. Роль государства в управле- нии экономикой с тех пор принципиально изменилась.

Активно используемое в критике капиталистической систе- мы понятие «государственно-монополистический капитализм» сменило свой содержательный смысл едва ли не на противопо- ложный. Прежде главным образом в рамках марксистско-ле- нинской теоретической парадигмы государственно-монополис- тический капитализм трактовался как контроль монополиями государственной власти. Теперь приоритеты в данной дуальной связи взаимоотношений изменились. Государственным институ- там удалось подчинить интересы и амбиции крупного бизнеса в рамках решения общенациональных задач. В отдельных случаях само государство берет на себя роль отраслевого монополиста. Переход к модели государственного управления обусловливал- ся актуализировавшимся в связи с мировыми экономическими кризисами вопросом цивилизационного  выживания.  Те же го-

16 Смирнов В.П. Франция в XX веке. М., 2001. С. 110–111, 131–136.

17  Истории новейшего времени стран Европы и Америки: 1918–1945 гг. М.,

1989. С. 274–275.

сударства, которые остались под влиянием монополий (пример российской «семибанкирщины») по-прежнему характеризуются перманентным кризисным состоянием. Нельзя в связи с этим не оценить позитивно ряд шагов государственной власти в России по обузданию притязаний олигархов.

В доминировании  государства над крупным национальным бизнесом заключается один из главных факторов экономическо- го прорыва новых «азиатских драконов». Именно так формиро- валось в период правления Пак Чжон Хи южнокорейское «эко- номическое чудо»18. В отличие от большинства периферийных развивающихся стран диктатура лидера Южной Кореи действова- ла в отношении не только народа, но и олигархических альянсов.

«Придя к власти, Пак, — художественно реконструирует проис- ходившую в Южной Корее управленческую трансформацию спе- циалист по экономике Восточной Азии А.С. Селищев, — вызвал на ковер ведущих бизнесменов страны. Построил их по ранжиру (кошельков) и начал постановку военной задачи. В качестве тако- вой объявлялось создание высокоэффективной экономики, спо- собной конкурировать с Японией и прочими экономическими монстрами. Вот стоит, к примеру, первым в шеренге Цой.

— Цой, ты каким бизнесом занимаешься?

— Производство риса и игорный бизнес.

— Будешь строить суда! Надо утереть нос британцам и нор- вежцам!

— Но я не могу! Я могу только рис, только рулетку!

— Я тебе помогу. Государство поможет. Будет трудно поначалу. Но мы победим. Главное — помоги стать Корее могущественной державой, и мы тебя озолотим. Откажешься — обижусь. Понял?!

— Слушаюсь.

— Ким   будет  производить   телевизоры   и   магнитофоны. Квак — обувь и одежду. Чо — автомобили… Будем развиваться по пятилетним  планам. Задача первой пятилетки: утереть нос норвежским судопроизводителям. Вопросы есть?

— Да, господин Пак. Это недемократично.

— Молчать! Кто «против» — разорю! Кто «за» — озолочу!

— Вопросы есть?

18  Суслина С.А. Государственное регулирование экономики: Опыт Республи- ки Корея // Проблемы теории и практики управления. 2003. № 4. С. 33–38.

— Никак нет.

— Разойдись!»19 «Вот и весь секрет южнокорейского чуда, — резюмирует исследователь. Пак верно уловил, что бизнесу в при- нципе все равно, как делать бизнес. Бизнес может делать свой бизнес не только во имя обогащения страны. Он может делать бизнес на разорении страны. В России, к примеру, таких бизнес- менов — пруд пруди. Поэтому Пак был диктатором не только по отношению к своему обнищавшему народу, как Пиночет, но и по отношению к бизнесу»20.

Функции современного государства по отношению к пре- жнему капиталистическому государству ранней индустриальной эпохи (концепция «ночного сторожа») существенно расшири- лись, включая, в частности, задачи регулировки и управления хозяйственным развитием макроэкономического программиро- вания, социального обеспечения. Характерно, что именно в США с позиции высшей государственной власти впервые был четко сформулирован подход о необходимости ограничения государс- твом влияния крупных корпораций. Еще в первом десятилетии XX в. являвшийся приверженцем идей А. Гамильтона президент Т. Рузвельт предостерегал об угрозе, исходящей от фактора кор- поративного могущества для американской демократии.

«Только   национальное   правительство, —  заявлял   прези- дент, — может навести должный порядок  в промышленности, что отнюдь не равнозначно централизации. Это лишь признание того очевидного факта, что процесс централизации уже охватил и наш бизнес. Контроль за этой безответственной и антиобщес- твенной силой может осуществляться в интересах всего народа лишь одним способом — предоставлением надлежащих полно- мочий единственному институту, способному ими воспользо- ваться, — федеральному правительству»21. Т. Рузвельт первым в экономической истории США применил меры государственного регулирования, направленные против поразившей американское общество очередной депрессии. Предвосхищая идеи Дж. Кейнса, еще в 1907 г. в дни банковской паники, американское правитель-

19  Селищев А.С., Селищев Н.А. Китайская экономика в XXI веке. СПб, 2004. С. 164–165.

20 Селищев А.С., Селищев Н.А. Указ. соч. С. 165.

21 Шлезингер А.М. Указ. соч. С. 339.

ство принудительно понизило процентные ставки и увеличило эмиссию денег.

Ортодоксальная классическая теория о свободной капиталис- тической конкуренции была скорректирована в трудах Дж. Кейн- са22. Необходимость государственного воздействия на рыночную экономику сама приобрела характер классики. В неокейнсиан- стве (Е. Демар, Р. Харрад) речь уже шла не о спорадическом и косвенном, как у Кейнса, а о системном управленческом регули- ровании23.

Могут возразить, что формирование кейнсианского направ- ления обусловливалось особенностями периода становления ин- дустриальной эпохи, тогда как в постиндустриальном обществе его основные положения деактуализируются. В действительнос- ти постиндустриализм усиливает меритократический компонент общественного развития, а потому лишь расширяет, одновре- менно усложняя, управленческие функции государства. Анализ механизмов функционирования современных национальных экономик высокотехнологических стран постиндустриальной стадии развития подтверждает данную гипотезу.

США

Как известно, особо стремительный рост экономики США за всю ее новейшую историю пришелся на период Второй мировой войны. С 1938 по 1948 г, американское промышленное производс- тво возросло более чем в два раза. Для сравнения за предыдущее

20-летие мирного экономического развития этот рост составил лишь 38\%. Если перед войной на долю США приходилось 40\% всего производства капиталистического мира, то после ее окон- чания — уже 62\%. Главным фактором экономического прорыва явилась в условиях военного времени система государственных заказов. Ленд-лиз (46 млрд долл.) стал панацеей для американ- ской  посткризисной  экономики.  В государственной  собствен- ности находилось 2,5 тыс. новых, передовых в технологическом отношении, заводов, возведенных в США за период войны. Все

22 Кейнс Дж. М. Избранные произведения. М., 1993; Он же. М. Общая теория занятости, процента и денег. М., 2002.

23 Сорвина Г.Н. История экономической мысли XX века. М., 2003.

они были переданы в дальнейшем, по ценам, уступающим перво- начальным затратам в 3–5 раз, в руки частного бизнеса. Государ- ство, таким образом, обеспечило США стартовый рывок в миро- вой экономической гонке.

Крупнейший в мире государственный бюджет выступает для США важным фактором экономической политики. Ранее, по от- ношению к национальному доходу, он составлял сравнительно незначительную величину. В настоящее время в качестве госу- дарственного капитала используется около трети валового на- ционального продукта. Средством регуляции экономики  США остается механизм государственных заказов. На его основе фун- кционирует  свыше 20\% всей американской  промышленности. Брендовая для США электронная промышленность более чем на

60\% работает по государственным заказам.

Еще одной управленческой нишей государства в американ- ской экономике является сфера строительства. Государственный сектор охватывает в ней более 20\%. Наконец, государство в США берет на себя основное бремя расходов на научные исследования. На государственные средства финансируется около 60\% прово- димых в стране НИР. Стимуляционная налоговая политика так- же используется американским правительством в качестве уп- равленческого механизма. Рецептура его общеизвестна: высокий налог с той части прибыли, которая идет на личное потребление, и низкий — с вкладываемой в производство. Предприниматель стимулируется таким образом к увеличению капиталовложений. Не облагается налогами деятельность различных благотвори- тельных фондов, что обеспечивает благоприятную ситуацию для финансовой поддержки сферы культуры и просвещения. На воо- ружении американского правительства остается и кейнсианский прием корректировки величины ссудного процента, осуществля- емый через институт федеральной резервной системы24.

Великобритания

Более стремительные темпы экономического развития Вели- кобритании в послевоенный период в сравнении с довоенным многие исследователи объясняют отказом от ортодоксальной ли-

24 Конотопов М.В., Сметанин С.И. Указ. соч. С. 187–195.

беральной теории английских тори в пользу идей государствен- ного регулирования. Традиционный для либералов экономичес- кий курс У. Черчилля послужил одной из основных мишеней для критики Дж.М. Кейнса (характерен памфлет — «Экономические последствия политики г-на Черчилля»).

Так же, как и в США, переломным моментом для перехода Великобритании на рельсы государственного управления эконо- микой послужила Вторая мировая  война. В целях обеспечения военных заказов государство установило свой контроль в топ- ливно-энергетическом комплексе страны. Проводилась целенап- равленная государственная политика по стимулированию кон- центрации промышленного производства. Многие мелкие фирмы либо инкорпорировались в состав крупных компаний, либо под- лежали ликвидации. Главным последствием данного курса на се- годняшний день является крайне высокий уровень монополизи- рованности английской экономики. К началу 1980-х гг. из пяти крупнейших монополий мира три — американские и две — бри- танские («Ройял Датч Шелл» и «Бритиш Петролеум»).

Еще более усилила позиции государства необходимость реше- ния задач восстановления разрушенных немецкой авиацией во время войны хозяйственных инфраструктур. Для частного биз- неса роль восстановителя была не под силу, да и ввиду низкой прибыльности не входила в предмет его интересов. Вынужденное обновление производственных фондов осуществлялось на новой технологической основе, обеспечив высокую инновационную динамику.

Пришедшая в 1945 г. к власти в Великобритании партия лей- бористов ставила цель перехода к социалистической системе хозяйствования. Путь построения социализма виделся в наци- онализации промышленности. Действительно, с 1946 по 1951 г. ряд отраслей британской экономики были национализированы. В собственность государства передавались, в частности, англий- ский банк, угольная и газовая промышленность, электростанции, радио, телевидение, железнодорожный и некоторые другие виды транспорта.

Уже в 1967 г., после очередной победы лейбористов на выбо- рах, национализации подверглась металлургическая промышлен- ность. При переходе частной акционерной собственности в руки

государства проводилась процедура обмена акций на облигации государственного займа. Характерно, что, ввиду принципов эта- тизации, энергия, сырье и транспортные услуги предоставлялись английским потребителям по сниженным ценам. Будучи прием- лемой для Великобритании, данная диверсификация цен почему- то в понимании отечественных либералов оказывается неприем- лемой для России.

Справедливости ради, необходимо сказать, что всякий раз после возвращения к власти консерваторов осуществлялся курс постлейбористской денационализации экономики. Между тем маятниковое (лейбористы—консерваторы) развитие экономи- ческой системы Великобритании лишь усиливало ее динамизм, позволяя использовать недостающие на предшествующем этапе ресурсы. Но даже после наиболее масштабной тэтчеровской ли- берализации позиции государства в английской экономике оста- ются определяющими.

Государственный сектор стал обеспечивать производство около 20\% промышленной продукции. Для сравнения, в России, как уже указывалось выше, — только 6,7\%. В целом через государ- ственный бюджет в Великобритании проходит до 40\% валового внутреннего продукта. Различие указанных цифр свидетельству- ет, «что в Англии, как и в США, именно государственный бюд- жет, а не государственный сектор, является главным инструмен- том государственного регулирования хозяйства»25.

Говоря о государственном регулировании экономики  Вели- кобритании, нельзя не отметить исключительно дотационный путь развития английского сельского хозяйства. Государство покрывает до четверти производственных расходов фермеров. Продукция аграрного сектора скупается, вопреки рыночным принципам, по твердым гарантированным ценам. Установлены премии за повышение урожайности, увеличение продуктивности животноводства и другие успехи. В итоге до того деградирующее сельское хозяйство утроило объемы производства. Не имеющая благоприятных природных условий, Великобритания в насто- ящее время на 60\% обеспечивает себя продовольствием против

30\% — в начале XX столетия26.

25 Конотопов М.В., Сметанин С.И. Указ. соч. С. 201.

26 Там же. С. 196–201.

Франция

Позитивное отношение к концептам государственного регули- рования экономики совпадало во Франции с устойчиво высокой популярностью партий левого политического спектра. В первом же послевоенном правительстве пять министерских портфелей оказались за коммунистами.

Как и в лейбористской Великобритании первоначально ос- новным направлением экономических реформ стал курс на национализацию.  В собственность  государства перешли  пять крупнейших банков (60\% французского банковского капитала), ведущие страховые компании, угольная, газовая, оборонная, авиационная отрасли, часть автомобильной промышленности, транспорт, электростанции. Предприятия государственного сек- тора выпускали до 20\% промышленной продукции. Государством контролировалось 35–40\% всех капиталовложений. Характерно, что изъятие собственности у лиц, сотрудничавших с немецкими оккупационными властями, а таковых было немало, осуществля- лось без компенсационных выплат. Это, например, коснулось пе- редачи во владение государству автомобильных заводов «Рено».

Особо резонансные для мировой экономики меры французс- кого правительства — национализация крупнейших банковских компаний. Традиционно для Франции была характерна высокая степень концентрации капитала при сравнительно низкой кон- центрации производства. В первой десятке крупнейших коммер- ческих банков мира прочные позиции устойчиво занимают четы- ре французских — «Банк насьональ де Пари», «Креди агриколь»,

«Креди Лионе», «Сосьете женераль».

Надо понимать, что, вступив на путь национализации, фран- цузское правительство ввязалось в противоборство с могущес- твенными олигархическими группами — Ротшильдов, Лазаров, Шнейдеров (при всем могуществе российских олигархов они все же не Ротшильды). В целом масштабы государственного управле- ния экономикой Франции были даже ближе к советской системе хозяйствования, чем к модели капиталистического кейнсианско- го регулирования. Однако это не давало никому оснований ква- лифицировать экономическую политику Четвертой республики в качестве «тоталитарной».

Реприватизационные волны возникали во Франции с прихо- дом к власти правых партий. Что касается экономической исто- рии США и Великобритании, то фиксируемый цикл этатизации экономики обнаруживается и на французском историческом ма- териале, подтверждая универсальный характер данной законо- мерности.

Курс национализации был связан не только с послевоенной социализацией Европы. Мощная волна огосударствления фран- цузской экономики пришлась на 1982 г., хронологически совпав с противоположными по своему содержанию стратигемами «рей- ганомики» и «тэтчеризма».

Согласно принятому Сенатом закону о национализации, в собственность государства переходили 36 крупнейших банков (с капиталом, превышающим 1 млрд франков каждый), 2 ведущие финансовые компании (компания Суэцкого канала и Парижско- Нидерландский банк) и 5 финансово-промышленных групп. Вла- дельцы соответствующих предприятий получали выкуп, равный максимальной рыночной цене акций. Под контролем государства оказались авиационная и ракетная промышленность (84\%), чер- ная металлургия (80\%), цветная металлургия (63\%), химическая промышленность  (54\%), электроника  и электротехника (44\%). В результате реформы 1982 г. государственный сектор в экономи- ке Франции увеличился почти в 2 раза. На его долю приходилось

32\% выпускаемой промышленной продукции, что при француз- ской специфике широкой дисперсии производства выглядит до- вольно внушительным показателем. Фактически полностью го- сударственной оказалась кредитная система страны. Государство предоставляло до 95\% выделяемых кредитов. По масштабности государственного сектора среди капиталистических стран Евро- пы Францию обошла лишь Австрия.

Политика  денационализации  экономики  1986–1987 гг. хотя и привела к некоторой модификации, но принципиально облик французской хозяйственной системы не изменила. Около 40\% национального дохода в современной Франции также проходит через государственный бюджет. Впрочем, французский госсектор сегодня — это отнюдь не учреждения социалистического типа, а прежде всего смешанные акционерные предприятия, в которых государству принадлежит контрольный пакет акций.

Важнейшим компонентом экономической политики во Фран- ции является система индикативного государственного планиро- вания. С 1946 г. функционировал наделенный широкой управлен- ческой компетенцией правительственный орган — Генеральный комиссариат планирования.

В отличие от советской традиции Госплана его плановые про- екты носят в основном рекомендательный и оповещательный для бизнеса характер. Предприятия  госсектора заключают с прави- тельством «долгосрочные контракты», получая по ним индика- тивные планы развития. Неакционерным государственным ком- паниям предоставляются конкретные плановые задания, с четко обозначенными цифровыми показателями. Для акционерных об- ществ предусмотрен более мягкий вариант плана — рекомендуе- мое стратегическое направление развития. Индикативные планы предоставляются также и частным фирмам. Для них государствен- ное планирование хотя и не является обязательным, принимается большинством за основу деятельности, поскольку стимулируется различными налоговыми льготами, субсидиями и кредитами.

Особые позиции государственного сектора в экономике Франции объясняются исторически сложившимся в ней преоб- ладанием малого и среднего бизнеса. Масштабное расширение производства такого рода предприятиями только за счет прибы- ли было бы маловероятно. Поэтому французское государство и берет на себя значительную часть капиталовложений, осущест- вляемых в ряде других стран крупными корпорациями. Если ан- глийский опыт свидетельствует о необходимости использования механизмов государственного управления при преобладании в экономике крупного бизнеса, то французский — малого и сред- него. Таким образом, по существу, любая из современных рыноч- ных систем актуализирует активную управленческую миссию го- сударства27.

Германия

Казалось бы, историческим основанием для реабилитации либеральной модели экономики мог бы послужить опыт герман- ского послевоенного «экономического чуда». Действительно, по-

27 Смирнов В.П. Указ. соч. С. 192–195, 215–217, 308–309, 314–315.

литика Л. Эрхарда основывалась на следовании базовым принци- пам  классического либерализма — отмена административного распределения товаров, саморегуляция цен, поощрение частной собственности, свободная конкуренция, независимый контроль над монополиями.

Однако бурный экономический рост связан при этом совер- шенно  с другим фактором — небывалыми  инвестиционными вливаниями и кредитованием со стороны США. Осуществляемое в рамках «плана Д. Маршалла» американское финансирование экономики ФРГ основывалось не на закономерностях развития свободного рынка, а на политических соображениях начальной стадии «холодной войны».

Даже, несмотря на помощь США, «рыночные эксперименты» Л. Эрхарда могли, по оценке исследователей, потерпеть фиаско. К концу 1949 г. численность безработных возросла вдвое, состав- ляя 11\%, при том, что заработная плата не превышала 400 марок в месяц. Спасла экономику ФРГ начавшаяся в 1950 г. война в Корее, давшая поток промышленных заказов, которые, ввиду высоких производственных мощностей и резервов дешевой квалифици- рованной рабочей силы, наиболее успешно могла реализовывать именно Западная Германия.

Активную управленческую роль в процессе германской эко- номической модернизации, вопреки эрхардовской теорети- ческой модели, играло государство. При его активном участии произошло обновление основных фондов. Более позднее и объ- ективно более широкое, в сравнении с другими западными стра- нами, техническое переоснащение позволило ФРГ выйти вперед по внедрению передовых образцов техники. Многие положения эрхардовской либеральной реформы остались лишь декларация- ми. О какой экономической саморегуляции в Западной Германии могла идти речь, если до 1 марта 1950 г. в ней сохранялась кар- точная система распределения. Для сравнения, в не менее пост- радавшем от войны Советском Союзе карточки были отменены еще в конце 1947 г. В полном диссонансе с классикой либераль- ного подхода функционировала налоговая система эрхардовской Германии. Налоговое обложение прибылей крупных корпораций доходило до 90–94\%. Вырученные средства государство целевым образом направляло на реконструкцию промышленности.

Еще на Потсдамской конференции, в целях предотвращения ремилитаризации Германии, было принято решение о ликвида- ции германских монополий. Данную задачу предполагалось реа- лизовать посредством разукрупнения корпораций. Так, «Сталь- ной трест» деструктурировался на десять компаний, концерн Круппа — на семь. Однако искусственно разукрупненные пред- приятия в скором времени восстанавливали прежнее организа- ционное единство. В настоящее время ведущими корпорациями Германии являются те же самые фирмы, которые лидировали в германской экономике в период фашизма.

Либеральной  ортодоксии  также  противоречит  взятый  на себя немецким государством широкий  пакет социальных обя- зательств. Характерный пример германской социальной поли- тики — принятие в 1952 г. специального закона «О возмещении ущерба», предназначенного компенсировать населению потери периода войны. К 1951 г. выплаты по нему превысили 104 млрд марок. Опыт социально ориентированной политики ФРГ мог бы послужить наглядным примером для российских реформаторов в установлении нормативов ответственности государства перед народом за уровень его благосостояния.

В дальнейшем скорректированный  социал-демократической платформой долгосрочный вектор развития экономики ФРГ вы- ражался девизом: «Конкуренция — насколько возможно, плани- рование — насколько необходимо»28.

На вооружение германским правительством была взята кон- цепция «глобального регулирования», базировавшаяся на кейнси- анских идеях. Целью экономического развития провозглашалось достижение «социальной симметрии». Посредством «концентри- рованной акции» с участием представителей государства, про- фсоюзов и предпринимателей были достигнуты соглашения по размерам заработной платы. Значительные государственные суб- сидии направлялись в сферы металлургии, строительства, элект- ротехнической промышленности.

Так же, как во Франции, важной составляющей экономичес- кой политики современной Германии выступает индикативное планирование. Предлагаются два варианта государственных пла- нов — антициклические и структурные. Первые ориентированы

на краткосрочную перспективу, выстраиваясь в соответствии с циклами подъемов и спадов экономики. При прогнозируемых спадах государство включает механизм дополнительного инвес- тирования отраслевых инфраструктур и субсидирует промыш- ленников. В условиях же экономического роста — финансовые вливания частично свертывается. Структурное планирование имеет  долгосрочные  ориентиры.  Цель  его — стимулирование развития перспективных для германской макроэкономики от- раслей. Одновременно государство оказывает дотационную под- держку ряду малорентабельных, но социально значимых произ- водств и инфраструктур.

В настоящее время государственный сектор Германии акку- мулирует около 20\% акционерного капитала федеральных земель. По ряду отраслей позиции государственных компаний являются доминирующими: по выработке электроэнергии — 95\%, добыче железной руды — 80\%, каменного угля — 75\%, алюминия — 50\%, производства автомобилей — 40\%. Господствующее положение занимает германский госсектор и в системе кредитования. Так же, как в США и Великобритании, основные регулирующие фун- кции государства осуществляются не через госсобственность, а через бюджет. Через государственное бюджетное обеспечение проходит в настоящее время около 40\% валового национального продукта экономики Германии29.

Япония

Японская послевоенная экономическая либерализация, так же, как и германская, имела во многом мнимый характер. Пре- жде всего преследовалась цель убедить западный мир в ее осу- ществлении. Реализация закона 1945 г. о ликвидации дзайбацу (основанных на клановом принципе японских монополистичес- ких объединений) осуществлялась по сценарию разукрупнения корпораций в Германии.

При ослаблении внимания к Японии со стороны втянувшихся в корейскую войну США, дзайбацу восстановили свои организа- ционные структуры в прежнем объеме. В ходе антимонопольной

29  Патрушев А.И. Указ. соч. С. 307–309, 317–320, 331–333; Конотопов М.В., Сметанин С.И. Указ. соч. С. 219–223.

реорганизации были ликвидированы только головные холдинг- компании («матикабу-кайся»). Однако при этом не учитывалась специфика функционирования дзайбацу. В состав каждой из них входили головные банки, которым и передавались управленчес- кие функции компаний. Вся «большая четверка» дзайбацу («Ми- цуи», «Мицубиси», «Сумимото», «Ясуд» (переименована в «Фуд- зи») сохранили в результате псевдолиберальной реорганизации свои прежние позиции.

Соответствующее ортодоксальному либерализму спонтанно- рыночное саморегулирование экономики в Японии так и не сло- жилось. Первоначально хозяйственное развитие выстраивалось через систему корпоративного регулирования. Постепенно вос- станавливалось значение государственного управления (рубеж- ной чертой его усиления явилось окончание полномочий оккупа- ционных властей).

Уже аграрная реформа 1947–1949 гг. четко обозначила намере- ние японского государства вмешиваться в хозяйственное разви- тие страны. Содержание преобразований заключалось в прину- дительном изъятии за выкуп помещичьих земель. Если помещик проживал в деревне, то в его собственности оставалось не более

3 га земельного участка, в противном случае осуществлялось от- торжение всего владения. Причем выкупные платежи в условиях перманентной инфляции  составляли 5–7\% реальной рыночной стоимости. Выкупленные помещичьи  земли государство пере- продавало крестьянам, арендовавшим их на период с 24-летней рассрочкой купчих платежей. Стоит ли говорить о явном расхож- дении такого рода практики с идеями либерализма.

В настоящее время государственный сектор в Японии со- ставляет более трети производственных фондов. По госзаказу производится 20\% валового внутреннего продукта. За счет госу- дарственного бюджета создается почти треть ВВП. Управление экономикой в основном является опосредованным, соответству- ющим кейнсианской стратегии. «Япония характеризуется в сов- ременной экономической литературе как страна с сильной го- сударственной экономической политикой, осуществляемой без прямого участия государства в хозяйственной деятельности»30.

В качестве основных управленческих средств используются на-

30 Мировая экономика / Под ред. А.С. Булатова. М., 2005. С. 498.

логово-бюджетные и денежно-кредитные механизмы, таможен- но-тарифное регулирование внешней торговли, регламентиро- ванный контроль за деятельностью естественных монополий.

Система планирования в Японии выходит за рамки исключи- тельного ведения государства. В разработке планов экономичес- кого развития, наряду